Тридцать лет Оксана Моринова работала в бийском роддоме. Множество малышей появилось на свет с ее помощью. Когда началась специальная военная операция, женщина, которая десятилетиями дарила жизнь, приняла решение отправиться туда, где жизнь приходится спасать в прямом смысле слова.

Сегодня Оксана Александровна трудится медсестрой в здравпункте Бийского производственного объединения «Сибприбормаш». Она вступила в профсоюз, как делала это на всех предыдущих местах работы. Но за плечами этой хрупкой женщины – полтора года на передовой краснолиманского направления, контузии, частичная потеря слуха и зрения, десятки спасённых жизней и осознание того, что она все сделала правильно.

Путь в профессию

После школы Оксана Моринова поступила в бийское медицинское училище на акушерку. Девять месяцев отработала в женской консультации, ушла в декрет, а через год с небольшим вернулась уже в роддом. Там и осталась до самой пенсии. Работала и в родовом зале, и в операционной, и в приёмном покое, и в послеродовом отделении, и в патологии. Коллеги называли её универсальным специалистом.

В сорок один год она вышла на пенсию по выслуге лет, уехала в Новокузнецк к дочери и внуку. Но сидеть без дела не смогла. Пошла учиться на медсестру, работала в частной клинике с узкими специалистами, затем перевелась проводить физиопроцедуры. Вместе с этим она дежурила в стационаре сутками, ставила уколы и системы, ухаживала за пациентами.

Решение, которое изменило всё

В 2022 году началась мобилизация. Все принесли военные билеты на работу, но Оксана Александровна была уже снята с учёта. Спустя год она проснулась и поняла, что должна быть там. Просто и банально, как она сама говорит, но иначе объяснить свое стремление не может.

В военкомате Новокузнецка ей сказали обращаться в Бийск или Барнаул по месту прописки. Медсестра позвонила в Барнаул, получила положительный ответ. Она вернулась в родной Бийск с вещами. На следующий день подала документы в военкомат, через день поехала в Барнаул на медкомиссию, а ещё через три дня уже была в Юрге. Добровольцев к тому моменту уже не было, все подписывали контракт. Она тоже подписала. В ту же субботу Оксана Моринова с вещами уехала в Юргу, потом в Алейск, а затем и Украина.

Близкие узнали обо всём последними. Мать не плакала при ней, но сильно переживала. Дочь была против. Зять в шутку предлагал расторгнуть контракт, аргументируя тем, что они будут переживать. Внук до сих пор до конца не понимает, где была бабушка и что она делала. Только задаёт вопросы про награды и форму.

Первая ночь на передовой

Специального обучения тактической медицине для тех, кто отправляется спасать жизни на передовую, не было. На просьбы медиков научить нюансам оказания помощи в боевых условиях отвечали: «Раз прилетит, научишься всё делать». Будучи в Юрге, Оксана Александровна купила книгу по тактической медицине, самостоятельно изучала основы с помощью интернета. Но книга и живой человек с раненной ногой или рукой – это совершенно разные вещи, говорит она.

Первый выезд на передовую случился через три-четыре дня после прибытия. Ночью машина подошла за ней. Медсестра от волнения выпила валерьянки и съела шоколадку. Её высадили в лесу, выкинули мешки и автомат. Семьдесят килограммов снаряжения оказались на женщине ростом метр семьдесят пять. С приближением опасности мыслей о тяжести за плечами совсем не возникает: «Открывается третье дыхание, особенно когда «птичка» за тобой летит и по пяткам долбит. Жить охота».

Через двадцать минут после прибытия на передовую по рации передали, что есть «трёхсотые». Не успев переодеться, она взяла медикаменты и отправилась оказывать помощь на коленях по страшной грязи. Первый раненый оказался тяжёлым. Осколок разорвал ягодицу, чтобы остановить кровотечение мужчине наложили жгут. Рядом с Оксаной Александровной в тот момент оказался опытный боец, прошедший Афган, Чечню, «Вагнер». Он помогал медсестре, как мог. Но, к сожалению, позже, уже в госпитале, раненому все же ампутировали ногу.

После этого случая она за полчаса выкурила три пачки сигарет, одну за другой. Слезы сами текли из глаз, оставляя на губах соленое послевкусие. Оксана Моринова пропускала сквозь себя боль каждого раненного и позже следила за их судьбой.

Там, где живут и умирают

Военный медик жила на передовой восемь месяцев из полутора лет своей службы. Её домом был блиндаж в лесу, хозяевами которого, она в шутку называла мышей-полевок. Несколько раз она просилась в баню, уезжала на сутки и возвращалась.

На вопрос тяжело ли женщине на передовой, она ответила словами своего комбата: «На войне нет женщин – только солдаты».

Тихий день на передовой, по её словам, – это счастье. Но таких дней было мало. Оксана Александровна со временем привыкла к постоянным накатам, обстрелам и эвакуации раненых. На передовой медиков берегли, с них снимали шевроны с красным крестом. Для врагов медики – первая мишень. Увидят крест и сразу же направляют дрон, остальных еще могут оставить в живых.

Эвакуация иногда длилась по восемь часов. Когда «грязное» небо, нельзя подъехать к бойцу на машине. В таких случаях приходилось оказывать помощь по рации дистанционно. Помогали также подручными средствами – снегом, льдом. Медсестра всегда сопровождала тяжёлых раненых до госпиталя, чтобы не потерять их в пути по разбитым дорогам.

Чужие и свои

Когда в батальоне осталось мало людей, комбата перевели, а женщин начали выводить в часть. Оксана Александровна отказалась оставаться в тылу, заявив: «Товарищ майор, давайте я буду жить там. Убьют меня или нет – уже всё равно». Так она осталась на передовой до самого конца.

Зону проведения специальной военной операции делят по цветам: красный, желтый и зеленый. Каждый раз, оказываясь в безопасности, бойцы в первую очередь идут в баню. Даже если голодные или сильно устали. В первую очередь баня, а затем – все остальное. Военный медик говорит, стремление к чистоте у русского человека в крови и даже на передовой бойцы устраивали банный день – грели воду, развешивали простыни и мылись. Но это было в редкие «тихие дни», в остальное же время выручали влажные салфетки. Также выручал армейский набор с губкой и водой. В него входило две губки: одна при контакте с водой становилась мыльной, а второй предполагалось обтирать тело после намыливания. Оксана Александровна признается, что все это мелочи, когда вокруг гибнут люди. Ведь на линии огня были бойцы, которые по три месяца там находились.

В те редкие дни, когда удавалось попасть в магазин, бойцы покупали себе форму и бронежилеты. В зоне проведения специальной военной операции они быстро приходят в негодность от грязи, в которой приходится лежать. Медик вспоминает, в самом начале службы она не беспокоилась за форму, ведь на алтайской земле грязь бы просто засохла и стала отваливаться сама. Однако, украинская земля никак не отстирывается и проще выкинуть одежду, чем ее отчистить.

Вторыми по необходимости, после формы, оказались сладости. Простые печенья и шоколадные конфеты поднимали настроение бойцам, поэтому их закупали сразу коробками. Но они быстро заканчивались и порой, в моменты обстрелов, с провизией было туго. Оксана Александровна вспоминает, как собирала дождевую воду, которую потом грели на окопных свечах, а еду делили между собой по пол-ложки.

Ранения и потери

Мы спросили военного медика, с какими ранениями она встречалась чаще всего в своей практике. Она ответила, что чаще всего ей встречались осколочные раны. Дело в том, что противник использует мины, которые калечат, а не убивают. Бойцов специально выводят из строя, отрывают ноги.

Оксана Моринова видела раненых, которым отрывало ступни, а затем из-за заражения им ампутировали ноги выше колена. Врачи пытались сохранить каждый сантиметр, чтобы человек мог жить дальше.

Случай, который остался в памяти, когда раненого не могли эвакуировать трое суток. К тому моменту, как он попал к медикам, в рану уже заползли черви. Оксана Александровна заливала в одну дырку антисептик, а с другой стороны, вылезали белые личинки. Бойца удалось спасти, и он вернулся в строй. Медсестра вспоминает самоотверженность наших ребят, которые через две недели после ранений возвращались на передовую.

Но не всем так везло, как тому бойцу. Из более чем 600 человек в батальоне, когда Оксана Александровна приехала на передовую, к моменту её увольнения осталось всего двадцать пять. 

Самый страшный удар случился уже после её возвращения. Человек, который встретил ее на СВО, с которым она делила последнюю еду по пол-ложки и воду по глотку, погиб. Через месяц после того, как она уехала. У молодого бойца, которому не было и 30 остались жена и трое детей.

Погиб и командир, под руководством которого, медсестра служила на передовой. Полгода о нём не было вестей и потом она узнала, что его похоронили в родном Владивостоке.

Оксана Александровна до сих пор не может привыкнуть к таким новостям. Она считает, что и сама не должна была вернуться. «Меня просто не должно было быть», – говорит медсестра. На вопрос, почему выжила, отвечает просто: «Я знаю одну молитву – «Отче наш». И когда начинался обстрел, я читала ее, крестила мальчишек, себя, всех на свете».

Новый этап – «Сибприбормаш»

После возвращения домой первые полгода она не могла привыкнуть к мирной жизни. Она до сих пор не может смотреть телевизор. Говорит, там все иначе.

Еще будучи на передовой, Оксана Александровна как-то сказала, вернувшись будет работать на заводе, чтобы помогать бойцам как может. Она узнала, что «Сибприбормаш» наращивает производство и решила устроиться туда.

Путь на завод начался с отдела кадров. Военный медик не афишировала, кто она и откуда. Мест не было, поэтому согласилась на мойщицу посуды в столовую. Полгода отработала, а потом перевелась в здравпункт.

Как и многие, кто приходит работать в «Сибприбормаш», она сразу вступила в профсоюз. И теперь активно принимает участие в патриотических акциях и сборах гуманитарной помощи для бойцов.

Стоит отметить, что на заводе по инициативе председателя первичной профсоюзной организации Татьяны Каплуновой было создано сообщество бойцов СВО, которые работают на предприятии. Они сотрудничают с «Добровольцами Донбасса» и задействованы в их мероприятиях. 

Оксана Александровна входит в это сообщество и принимает участие в открытии мемориальных досок погибшим бойцам. На сегодняшний момент были открыты доски на улицах Ленинградской и Мартьянова в Бийске, в селе Верх-Катунское и в селе Ая.

Медсестра отмечает, что на предприятии заботливо относятся к участникам СВО. И дело не только в льготах, а в поддержке, которая проявляется в делах. Ветераны общаются между собой, знают кто и в каком цехе работает. На стене у Оксаны Александровны висят вырезки из газет с публикациями заводской газеты «Темп» про бойцов.

Участники СВО не только работают, но и отдыхают вместе.

В мае профком организовал поездку в санаторий для тридцати ветеранов – работников завода. В течение трех дней бойцы проходили лечение, массаж, физиопроцедуры и плавали в бассейне. Всё было организовано за счет средств профсоюза. Участники мероприятия остались довольны и уже ждут запланированную на осень оздоровительную программу.

Сейчас на заводе работает около тридцати ветеранов СВО. Каждому ищут работу по возможностям. Тех, кто на протезах, устраивают на сидячие должности. И помогают в адаптации, чтобы люди чувствовали себя нужными.

То, что невозможно забыть

Когда мы спросили, что было самым ценным на передовой, Оксана Александровна ответила – письма детей. Рисунки первоклассников, их порой неразборчивый подчерк, давали четкое понимание того, для чего они ежесекундно рискуют своими жизнями.

Военный медик вспоминает, как однажды им пришел гуманитарный груз с детскими письмами и рисунками, к которым был приклеены шоколадки-медальончики. Сладости быстро привлекли внимание мышей и были ими съедены. А самое ценное – послания ребят остались, они висели на стенах блиндажа и приехали вместе с ней с передовой.

И сейчас, когда внук собирает гуманитарную помощь в школе, Оксана Моринова говорит: «Бери шоколадные конфеты, салфетки и напиши письмо, обязательно своей рукой, своим почерком».

Медсестра не любит вспоминать свой боевой опыт, сразу наворачиваются слёзы. После пережитого, она не жалеет себя, а с болью в сердце вспоминает как кричали и плакали бойцы, которым после подрыва на минах отрывало конечности.

Несмотря на все это, она продолжает работать и помогать людям. У Оксаны Александровны есть награды – «За ратную доблесть», медаль участника СВО. Подавали заявку на медаль Жукова, но пока не получила. Сама же скромно говорит, что ехала туда не за наградами.

Она привезла с собой с фронта не только детские письма, но и хвостатого друга – кота Тихона. Его, будучи котенком, спасли бойцы из-под обстрелов. Кошка погибла под вражеским огнем, а котенку чудом удалось выжить. Меленький пушистый комочек принесли в блиндаж за пазухой. С тех самых пор он живет у Оксаны Мориной. В зоне боевых действий кот носил позывной Патрон, а в мирной жизни он стал Тихоном.

Медсестра не была бы примером милосердия, если бы могла пройти мимо тех, кто нуждается в помощи. Она приютила бездомную кошку, которая пришла жить к ней в подъезд. И теперь у нее дома живет целая кошачья семья.

Оксана Александровна не считает особенным самопожертвование и заботу о ближнем. Для неё это не героизм, а просто жизнь. Просто помощь тем, кто рядом. А для нас она стала примером мужества, стойкости и настоящего человеческого сердца, которое не сломали ни война, ни потери.

Главный редактор газеты «Профсоюзы Алтая»

Гладкая Екатерина